Главная » 2010 » Август » 1 » И всё-таки мужчины не могут снимать женские романы! (по фильму "Сумерки. Сага. Новолуние.")
21:28
И всё-таки мужчины не могут снимать женские романы! (по фильму "Сумерки. Сага. Новолуние.")
Может ли мужчина кинорежиссер снимать достойное кино по "женскому роману"?
На этот вопрос я пытался ответить до I-го ночного сеанса "Новолуния" в переполненном зале "IMAX" и не мог дать на него однозначного ответа. Чересчур высокую планку одинокая пятидесятилетняя художница-оформительница из Техаса Кэтрин Хардвик подняла в экранизации I-ой части, сняв кинофильм гораздо более чувственный, глубокий и метафоричный, чем оригинальный текст романа Стефани Майер. Это и сыграло с ней в результате злую шутку. Посмотрев "Сумерки" одной из I-х, Стефани Майер немедленно оценила режиссерский потенциал Кэтрин, которая могла в последующем затмить автора романов и потому поставила студии принципиальное условие - другие 4 части саги будут снимать лишь режиссеры-мужчины.
Так на режиссерском посту "Новолуния" оказался Крис Вейц, перед выходом кинофильма в прокат дававший бесконечные интервью NBC и CNN. Иногда отвешивая реверансы в сторону Стефани Майер, Мелиссы Розенберг и со-президента "Summit Ent." Эрика Фейга, Вейц повторял одну и ту же, будто заученную им фразу о том, что он покажет всему миру, как кинорежиссер-мужчина может снимать сентиментальное и тонкое кино для молодых девушек: "эмоции универсальны и мне все равно передает ли их Белла или любая иная героиня или герой, так что не переживайте - вся чувственность книжки будет показана в лучшем виде".
К несчастью, после просмотра "Новолуния", при, в целом, положительном к нему отношении, нужно признать, что как раз глубины и чувственности, которые отличали "Сумерки", Вейцу и не хватило, чтоб точно передать основную смысловое содержание II-й книжки сумеречной саги, посвященной подобным сложным и противоречивым переживаниям юной Изабеллы Мари Свон.
"Ромео и Джульетта" в вампирской интерпретации.
Содержательно II-й эпизод сумеречной саги является вольным переложением великой пьесы Шекспира - "Ромео и Джульетта" с добавлением современных реалий, вампирской темы и более счастливого финала. Это без труда объяснимо, ведь Стефани Майер является магистром английской филологии и ее диссертация посвящалась как раз семантике любовных образов в "Ромео и Джульетте". Потому, как и в романе, кинофильм начинается с известной цитаты из этой пьесы в прекрасном исполнении Паттинсона, а дальше мы видим классический любовный треугольник, в коем Джульетту, Ромео и Париса заменяют Изабелла, Эдвард и Джейкоб, а аристократические итальянские кланы Монтекки и Капулетти - вампирские кланы Калленов и Волтури.
В отношении соответствия всего происходящего на экране оригинальному тексту романа никаких претензий к создателям "Новолуния" быть не может - за исключением части второстепенных моментов все основные эпизоды книжки вошли в кинофильм. Единственное, чтоб ввести в него как возможно более героя Паттинсона, Мелисса Розенберг придумала, что Белла слышит не его голос в уме в миг опасности, а видит полупрозрачный образ. В остальном, как и в романе, сюжет "Новолуния" распадается на 3 основные части: расставание Беллы и Эдварда после празднования ее 18-летия, вызванная этим депрессия Беллы и ее временное сближение с Джейкобом и скоротечная, полная драматизма "итальянская" развязка.
Естественно, на "Новолунии" не могло не отразиться "сериальное" прошлое Мелиссы, которая так и не научилась придумывать виртуозные финалы своих кинофильмов (в телевизионных сериалах требования к финалам любой серии очень условны). Именно потому именно финальные сцены кинофильма получились не только лишь далекими от текста романа, но еще и самыми слабыми, будто оборванными на полуслове.
Выйти из "Сумерек".
Из-за подробных описаний душевных страданий Беллы в отсутствии Эдварда, которые занимают 2/3 текста романа Майер, "Новолуние" было с самого начала самой сложной для экранизации частью сумеречной саги. Внешних событий в большей части романа почти не случается, а руководство "Summit Ent." требовало от Вейца более экшена, чего, по их мнению, не хватало в первом кинофильме. И нужно признать, что кинорежиссер смог решить этот компромисс. Вскользь остановившись на метаниях Беллы, он не дает зрителям заскучать, в максимальной степени усиливая историю ее отношений с новым другом Джейкобом, сделав его при том гораздо героичнее и мужественнее, чем в романе.
В результате динамики и экшена во II-й части получилось на самом деле более, чем в I-ой. Невзирая на то, что созданием CGI-сцен "Новолуния" занимались 2 молодые калифорнийские студии: "Wildfire" и "Tippett Studio", все они были сделаны достаточно хорошо, принимая во внимание, что бюджет кинофильма составил всего 50 млн. $. Естественно, смотря на трансформации мускулистых, полураздетых индейских верфольфов семейства Квилетов из резервации "Ла-Пуш", понимаешь - на лиц какого пола и возраста рассчитывала киностудия при экранизации II-й части сумеречной саги. Если "Сумерки", благодаря виртуозному стилю Хардвик, были интересны не только лишь девочкам-подросткам, но еще и юношам слегка за двадцать, то половой и возрастной ценз "Новолуния", к несчастью, стал более узким.
Чтоб навсегда отгородиться от наследия "Сумерек" продюсеры из "Summit Ent." специально ввели абсолютно другое визуальное и цветовое решение кинофильма, сделав палитру окружающих пейзажей и героев "Новолуния" светлее и насыщеннее, чем в подобный завораживающей и органичной сине-зеленой готической трактовке Хардвик. Для этого студия пригласила для работы в "Новолунии" одного из ведущих операторов мира Хавьера Агирресаробе, снимавшего арт-хаусные "Море внутри" и "Дорогу", а основные киносъемки Форкса были перенесены из мрачноватых, однако уже ставших привычными окрестностей Портленда, штат Орегон в окрестности Ванкувера в Британской Колумбии.
Благодаря этому, кинофильм, естественно, получился красочнее, однако из него исчезло то непередаваемое таинственное "сумеречное" обаяние, которыми отличалась I-я часть саги. От обилия красок выиграла лишь "итальянская" часть кинофильма, снятая на фоне величественных пейзажей Тосканы и Умбрии, будто погружающих нас в атмосферу средневекового карнавала с его буйством эмоций и фейерверком костюмов.
Саундтрек к фильму был значительно переработан по сравнению с I-ой частью саги и к тому же не в лучшую сторону. Из знакомых исполнителей в кинофильме остался лишь "Muse" - любимая группы Майер, под музыку которой она писала все свои романы. Большая часть прочих треков от молодых американских инди-групп ни по звучанию, ни, тем паче, по смыслу текстов, не соответствовали событиям происходившим на экране. Возможно только выделить Lykke Li, которая собственной грустной балладой "Possibility" хорошо передала настроение Беллы 4 мес. просидевшей в собственном доме в Форксе, тоскуя по Эдварду и британского альтернативщика Thoma Yorka, ритмичным хитом "Hearing Damage" отразившего весь динамизм лесной погони оборотней за Викторией.
Наиболее черная часть ночи или по какой причине она постоянно его выбирала.
Стефани Майер специально назвала вторую часть сумеречной саги "Новолуние", чтоб показать наиболее темный период ночи, ведь в новолуние яркая сторона Луны не видна с Земли. Наиболее темный период ночи должен был продемонстрировать наиболее мрачный и темный период в жизни Беллы после вынужденного расставания с Эдвардом. В кинофильме вся тяжесть этой задачи легла на хрупкие плечи Кристен Стюарт. И нужно заявить, что Кристен сделала все от нее зависящее, чтоб в максимальной степени выложиться в этой роли. Абсолютно не ее вина, что Вейц не сумел, так как до этого сделала Хардвик, объяснить ей всю настоящую глубину подобных сложных переживаний ее героини. Увы, многие эмоции Беллы, которые в "Сумерках" были переданы тонкими, однако точными мазками мастера, Вейц, не прочувствовав и не поняв сам, так и не сумел довести до истинного совершенства.
В отличие от Беллы, Эдвард Каллен получился в трактовке Вейца целостнее. Тем, кто не читал романов Майер могло показаться, что Паттинсон снялся собственного героя слегка скованно и отстраненно, однако он передал именно те интонации взрослого столетнего героя, который, полюбив действительно I раз в жизни, совсем иначе относится к этому чувству и его объекту, чем 16-летние сверстники Беллы.
В этом отношении выбор Беллы м/у Эдвардом и Джейкобом очевиден. Сколько бы раз Джейкоб не менял собственный стиль, желая понравиться Белле, сколько бы кубиков не возникло на его прессе, она будет постоянно трепетно подбирать Эдварда Каллена. Вейц специально продемонстрировал в кинофильме персонажа Паттинсона, насколько это было возможным, непривлекательным физически, чтоб еще раз донести одну из главных мыслей романов Майер. Белла подбирает Эдварда, так как, в первую очередь, ценит в нем уникальное благородное и всепрощающее внутреннее содержание, отличающее его от всех, кто ее окружает, "натренировать" которое нереально, в принципе. Как многократно рассказывала сама Стефании Майер: "самое фантастическое в моих романах не наличие вампиров и оборотней, а сам образ Эдварда Каллена, как безупречно любящего мужчины, которых практически не осталось в реальном мире".
Что до новых персонажей, то нельзя не подчеркнуть блестящее воплощение образа вампирши Джейн из клана Волтури Дакотой Фэннинг, которая в этой маленькой, однако изумительно сыгранной роли еще раз продемонстрировала, что является одной из наиболее многообещающих киноактрис нового американского кино. А вот маститый Майкл Шин, исполнивший роль одного из предводителей клана Волтури - Аро, невзирая на то, что его гонорар за эту роль был более гонораров Паттинсона и Стюарт вместе взятых, смотрелся меньше убедительно. В монологах Аро, которые обязаны были стать одними из ключевых в кинофильме, Шин передал скорее интонации сумасшедшего клоуна, а не холодное величие и мрачное обаяние собственного тысячелетнего героя, так образно раскрытые в романе Майер.
Конец.
Аутентичная и достойная экранизация II-й части сумеречной саги, рассчитанная, в первую очередь, на зрителя, прочитавшего книжки Майер, которой, к несчастью, не хватает глубины и проникновенности, так отличавшие "Сумерки" Кэтрин Хардвик. Вложив душу в любой кадр она, как истинный творец, создала в первом кинофильме специальный чувственный "сумеречный" мир, который полюбили миллионы зрителей во всем мире. Крис Вейц, как кинорежиссер-ремесленник, просто перенес в точном соответствии с заказом боссов "Саммит" основной сюжет романа на экран, наполнив его новой динамикой, CGI-эффектами и образами, возбуждающими фантазии девушек-подростков, так и не раскрыв целиком всю глубину многогранных переживаний основных героев романа.
